ГлавнаяОбсуждение практических ситуацийПубликации экспертовСтатьиЗаключения НМПЗадать вопрос
Зарегистрироваться||Войти

Авторизация

Логин
Пароль

Забыли пароль?

Вспомнить пароль

Логин

Вернуться к авторизации

On-line центр юридической поддержки

Чтобы получить консультацию, вы должны быть зарегистрированы на нашем сайте и авторизованы.

Ответы на вопросы готовятся в течение месяца.

Обсуждение практических ситуаций

Вопрос касается некоторых аспектов врачебной тайны в работе патологоанатома.
В п.5 323-ФЗ от 21.11.2011 написано, что Заключение о причине смерти и диагнозе заболевания выдается супругу, близкому родственнику (детям, родителям, усыновленным, усыновителям, родным братьям и родным сестрам, внукам, дедушкам, бабушкам), а при их отсутствии иным родственникам либо законному представителю умершего, правоохранительным органам, органу, осуществляющему государственный контроль качества и безопасности медицинской деятельности, и органу, осуществляющему контроль качества и условий предоставления медицинской помощи, по их требованию. В приказе 354н от 06.06.2013, что в таких случая выдается выписка из протокола патолого-анатомического вскрытия.
Обязан ли врач выдавать сведения всем перечисленным категориям, или есть какой-то приоритет? Как трактовать и применять на практике понятие "а при их (близких родственников) отсутствии иным родственникам" Факт необращения близких родственников в определенное время (какое?) указывает на их отсутствие? Как доказывать факт родства "иного родственника"? Ведь под эту категорию по факту подходит любой троюродный племянник двоюродной тети...
Что делать, если пациент при жизни письменно не указал кому он доверяет свои данные (п.3 ст.13 323-ФЗ)? Так есть ст.19 323-ФЗ (п.5 пациент имеет право на: 7)защиту сведений, составляющих врачебную тайну) и статьи 152.2 ГК РФ (п.1 Если иное прямо не предусмотрено законом, не допускаются без согласия гражданина сбор, хранение, распространение и использование любой информации о его частной жизни, в частности сведений о его происхождении, о месте его пребывания или жительства, о личной и семейной жизни) Это будет логично и в отношении выдачи медицинского свидетельства о смерти, так как там указанна причина смерти, а это по сути сам диагноз умершего. К примеру больной может при жизни хранить в тайне информацию о своем ВИЧ статусе. В случаи смерти от ВИЧ (вторичных заболеваний), то в Свидетельстве он должен быть указан.

1. В настоящее время законодательством не установлен какой–либо приоритет для отдельных категорий близких родственников при получении заключения о смерти, равно как и период времени, в который близкие родственники должны обратиться за получением соответствующих сведений. Также в законодательстве не раскрывается понятие «родственник» (в отличии от понятия «близкий родственник» - ч. 2 ст. 14 Семейного кодекса РФ). Рекомендуем разработать и утвердить в установленном порядке локальный нормативно-правовой акт, в котором прописать порядок выдачи заключений о смерти с учетом вышеобозначенных ньюансов, в частности установив соответствующие разумные сроки обращения близких родственников (например, 6 месяцев).

Также обращаем внимание что в обязанности медицинской организации не входит доказывание наличия родственных связей умершего.

2. Согласно позиции Конституционного суда (Определение Конституционного Суда РФ от 09.06.2015 N 1275-О) в случае, когда сведения о причине смерти и диагнозе заболевания пациента доступны заинтересованному лицу в силу закона, сохранение в тайне от него информации о предпринятых мерах медицинского вмешательства, в частности о диагностике, лечении, назначенных медицинских препаратах, не может во всех случаях быть оправдано необходимостью защиты врачебной тайны, особенно с учетом мотивов и целей обращения за такими сведениями. В подобных ситуациях суд при осуществлении подготовки гражданского дела к разбирательству, правоохранительные органы - при решении вопроса о возбуждении уголовного дела, а прокурор - при проведении проверки в порядке надзора за соблюдением прав и свобод человека и гражданина могут на основе принципов соразмерности и справедливости принять решение о необходимости ознакомить заинтересованное лицо со сведениями, относящимися к истории болезни умершего пациента, в той мере, в какой это необходимо для эффективной защиты прав заявителя и прав умершего лица.

Таким образом, в случае если пациент при жизни письменно не указал кому он доверяет свои данные рекомендуем не предоставлять на уровне медицинской организации подобные сведения третьим лицам, поскольку они имеют возможность получить подобного рода сведения путем обращения в суд либо в правоохранительные органы.

Ранее ...

Прямой эфир

Новости

Все новости

Заключения НМП

Институт независимой экспертизы является одним из действенных институтов, необходимых для формирования полноценного гражданского общества. В настоящее время как в медицинской, так и в пациентской среде существует запрос на создание эффективного и прозрачного механизма экспертных оценок. Эти оценки должны быть основаны на принципах доказательной медицины, сертифицированных научных методиках при соблюдении принципа независимости. При этом главной проблемой является именно обеспечение реальной независимости экспертов. Надо признать, что действующая ситуация в сфере экспертизы качества медицинской помощи не позволяет в полной мере реализовать принцип ее независимости, так как подавляющее большинство экспертов в той или иной мере связано с системой здравоохранения.

Пациентка С., 83 лет, доставлена в приемное отделение БУЗ ВО 03.06.2015 г. в 1 0.08 из поликлиники с направительным диагнозом «Левосторонняя нижнедолевая пневмония».

Национальная медицинская палата ознакомившись с материалами уголовного дела № 76950 в отношении врача хирурга Б.Г.А., обвиняемого СУ при УВД по Мытищинскому муниципальному району в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст. 30 ч. 3, 159 ч. 3 УК РФ, установила, что в действиях врача-хирурга отсутствуют, как состав преступления, так и вина в форме умысла или неосторожности.

Пациентка К., 77 лет, доставлена в приемное отделение БУЗ ВО бригадой скорой медицинской помощи 14.06.2015 г. в 21.07 с направительным диагнозом «ЦВБ: транзиторная ишемическая атака». Пациентка предъявляла жалобы на головокружение, эпизод нарушения зрения.

Пациентка К., 72 лет, доставлена в приемное отделение БУЗ ВО бригадой скорой медицинской помощи 07.06.2015 г. в 06.58 с направительным диагнозом «Острая внебольничная правосторонняя пневмония». В приемном отделении в 7.20 осмотрена врачом-терапевтом М. Пациентка предъявляла жалобы на одышку в покое, головную боль, головокружение, кашель с скудной мокротой, тошноту, боли в эпигастрии, жидкий стул. В анамнезе гипертоническая болезнь, перенесенное ОНМК, дивертикулез толстого кишечника.

Пациент П., 1963 г. р., находился на лечении в хирургическом отделении БУЗ ВО с 02.08.2015 г. Оперирован 02.08.2015 г. - аппендэктомия. В послеоперационном периоде с 08.08.2015 г. у пациента сформировался инфильтрат в гипогастрии слева. Состояние пациента было стабильным, инфильтрат четкий, перитонеальные симптомы отрицательные.

Статьи

Законодательство об охране здоровья граждан знает несколько случаев, когда медицинская помощь может оказываться на основании решения суда. В том числе к таким ситуациям относится оказание медицинской помощи несовершеннолетнему или недееспособному лицу при отказе законного представителя от медицинского вмешательства (ст. 20 Федерального закона от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В Германии, где система здравоохранения считается одной из лучших в мире, врачи тоже совершают ошибки, но при этом нет тысяч уголовных дел против медицинских работников. И одним из самых суровых наказаний является лишение лицензии и лишение права заниматься практикой. А сами пациенты, в отличие от пациентов из России, вовсе не склоны обращаться с заявлениями в прокуратуру или иные органы юстиции. В основном «приговоры» врачам выносит само профессиональное медицинское сообщество – спорные случаи рассматривает комиссия по врачебным ошибкам, которая отнюдь не склонна ретушировать ошибки коллег, а наказания виновных бывают крайне суровы.

Повседневную работу современного российского врача можно сравнить с хождением по минному полю: с одной стороны, его долг – помочь пациенту, с другой, в сегодняшних реалиях постоянных судебных исков, а нередко и возбуждения уголовных дел в отношении врачей, его задача – минимизировать риски в своей работе так, чтобы это и не мешало качественному лечению, и одновременно не ставило бы врача под удар, если пациент по той или иной причине окажется недоволен результатами медицинской помощи. С помощью эксперта Национальной медицинской палаты, президента Национального агентства по безопасности пациентов и независимой медэкспертизе доктора медицинских наук Алексея Старченко, мы попытались разобраться как именно врачи могут минимизировать риски в повседневной деятельности.

Обсуждения законодательства

Концепция (модель) введения системы саморегулирования профессиональной деятельности медицинских работников в Российской Федерации (далее по тексту – Концепция) подготовлена Министерством здравоохранения Российской Федерации совместно с Некоммерческим партнерством «Национальная Медицинская Палата» в целях создания правовых, методологических, финансовых и организационных условий для становления и развития системы саморегулированияпрофессиональной деятельности врачей (медицинских работников)как одного из механизмов реализации государственной политикии управления деятельностью в сфере охраны здоровья.

В случае одобрения проекта Концепции профессиональным сообществом ее реализация рассчитана на 2015–2017 годы, что обусловлено необходимостью комплексного решения данной проблемы нарядус вступлением в силу отдельных положений Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон № 323-ФЗ), касающихся аккредитации медицинских работников с 01.01.2016.